В 91-ом году я окончательно начал помнить сам себя. Детям не свойственна ностальгия по прошлому, но кажется в тот год я начал грустить по Маппет-шоу, которые перестали показывать, заменив на час Диснея с Утиными Историями и Чипом и Дейлом. С тех пор так и живу с этой ностальгией. Хотя это же географическая понятие, ностальгия может быть по Родине, ностальгия по временам – это метафора, означающая, что Родиной ты принимаешь то время, по которому грустишь.
В самые сложные часы такой ностальгии я ставил Литиум – с Невермайнда, который празднует сегодня не круглый юбилей. Он вышел как раз в 1991 году. Гений Кобейна в интонации – Айм со лонли, зэтс окей – это же надо было так спеть, чтобы одновременно стало понятно, что все ни хера не окей, но и от этого окей полный – ибо мир это Грандиозная Трагедия, которая бесспорно велика именно своей Грандиозностью. Я счастлив от того, что абсолютно одинок и это нормально, ибо другого счастья не существует – так бы я всё это перевел.
И после этого Кобейн начинает выть. Ну вы и сами конечно помните.
Эта песня, которую надо слушать через непроницаемые стены подушки, которой ты закрылся от окружающего мира. Чтоб через них проникала только она. Ты лежишь, не разутые ступни свисают с кровати.
Пойду так и сделаю.
